Кесаев Карамурза (Кирилл) Сабазович
1877- 1939 гг.
Личные воспоминания Губади Дзагурова.
Кесаев Карамурза (Кирилл) относится к числу замечательных людей, выдвинутых революцией и отдавших за неё свою жизнь.
Я знал его с детства, как своего односельца. Из тех воспоминаний, которые у меня сохранились и связаны с ним, остановлюсь только на некоторых, на тех именно, которые характеризуют его, как личность, человека и революционера.
Карамурза Кесаев был среднего роста, коренастый, статный, достаточно стройный, несмотря на некоторую полноту, широкий в плечах, с суровым мужественным и волевым лицом, с правильными чертами лица, с проницательным человека себе на уме глазами, смуглый, черноволосый; руки большие, крепкие и хваткике, голос мужественный и могучий, общее выражение лица и внешности – властное, свидетельствующее о сильном и деятельном характере.
Он не получил законченного образования, кроме нескольких лет пребывания в христианской сельской церковно-приходской школе. Собственный жизненный опыт привёл его в стан революции.
Карамурза Кесаев – активный участник революции 1905 года и тех событий, которые тогда разыгрались в родном его селении Христиановском (теперь город Дигора). Он был одним из тех вожаков народной массы села Христиановского, которую всколыхнула революция и вовлекла в бурный свой водоворот. Он вёл эти массы в числе других вожаков (Симон Такоев, Харитон Уруймагов, Амурхан Собиев, Михал Гарданов, Шамиль Абаев и др.) на штурм (если позволительно так выразиться) низовой царской власти и на захват её в свои руки. Как известно, старшинская цепь, знак власти, была сорвана с Дриса Байманова – ставленника царской администрации на Тереке, и вместо него народом был избран Амурхан Собиев (учитель начальной школы).
Я сам был очевидцем этих событий в родном селе и видел, каким авторитетом Карамурза Кесаев тогда пользовался в глазах трудящейся массы, охваченной революционным порывом борьбы против своих извечных угнетателей. К.Кесаев тогда показал себя решительным и смелым борцом, но вместе с тем осмотрительным и умелым в тактике борьбы со всеми прихвостнями царской администрации на Тереке и их махинациями. А.Собиев был отстранён царской администрацией, ещё не сломленной и располагавшей силой в борьбе с революцией, от должности выборного народом старшины, и тогда революционному кружку, руководившему народными массами, в с. Христиавновском, удалось всё-таки провести на должность старшины своего человека. Этим человеком был Карамурза Кесаев. На посту выборного старшины К. Кесаев оправдал доверие своих избирателей, т.е. революционных трудящихся с. Христиановского. Он стойко и мужественно защищал их интересы. В этот период он проявил преданность делу революции. Однако, вр. генерал-губернатору генералу Колюбякину, объявившему Терскую область на военном положении, стало известно, через своих лазутчиков, что К. Кесаев – революционер, и он был смещён и арестован.
Во время августовских событий 1918 года, в помещении только что открытой. на базе Осетинской второклассной учительской школы, носившей ранее название Осетинского женского приюта Осетинской Учительской Семинарии, были организованы Северо-Осетинским училищным советом учительские кадры. Учителя, съехавшиеся на курсы, жили в помещении семинарии (Тарская улица 36, теперь улица Цаголова). Верхне-Осетинская слободка в своей массе была на стороне контрреволюции и поднятого осетинским офицерством и верхами Терского казачества восстания против Терской Народной Республики, входившей в состав РСФСР. Когда дело пошло на успешной подавление восстания, то жители Верхне - Осетинской слободки бежали из города. После подавления восстания охрана Верхне-Осетинской слободки от начавшихся там грабежей была поручена по непосредственному распоряжению Серго Орджоникидзе отряду керменистов, под командой Карамурза Кесаева и он, как командир керменистов, умело справился с возложенной на него ответственной задачей - установил на слободке революционный порядок; как командир- революционер, он проявил себя в этом деле и с другой стороны, а именно: он беспрекословно и в короткий срок сумел выполнить ответственный приказ, исходивший от т. Серго Орджоникидзе, как полномочного представителя центральной советской власти на Юго-Востоке и ответственного руководителя по подавлению контрреволюционного мятежа против Терской Народной власти. Карамурза Кесаев спас в этот опасный момент осетинских учителей-курсантов от возможных против них эксцессов, проявил в отношении них большую чуткость, заботу и внимание.
Карамурза Кесаев обладал и другим качеством настоящего революционера: для него превыше всего были интересы революции и трудового народа. Он был беспощаден к контрреволюционерам всяких мастей, а в том числе – к осетинским буржуазным националистам, осетинскому офицерству и кулачеству; на распознавание шкуры контрреволюционера у него был природный нюх. Вот пример его беспощадности в отношении контрреволюционеров. До августовских событий 1918 г. во Владикавказе Осетинский совет имел своё местопребывание в городе Владикавказе. В этом Национальном Совете в то время дела вершили такие контрреволюционеры, националисты, как Бица Хадзарагов (врач), Габо Гагкаев (адвокат) и им подобные. Этот Национальный Совет, как и Нац.Советы других горских народностей, входивших в состав Терской Народной Республики, был признан Терским Народным Советом и Совнаркомом Терской Народной Республики высшим органом власти на территории Осетии.
Однако, указанные руководители Осетинского Национального Совета в тайне строили козни против Терской Народной Республики и находились в сговоре с контрреволюционным Терским казачьим правительством. В руки т. Карамурзы Кесаева попала (каким путём, я не знаю) секретная бумага за подписью Б. Хадзарагова, которая раскрывала контрреволюционные замыслы Б. Хадзарагова и присных с ним. Карамурза Кесаев во всеоружии, как командир отряда керменистов, явился на заседание Осетинского Национального Совета, происходившего в верхнем этаже здания, которое ниже занимает кинотеатр «Комсомолец» (это было постоянное его помещение), и выступил на нём с обличительной громовой речью против Осетинского Национального Совета в целом и его руководителей, толкающих осетинский народ на пагубный путь контрреволюции, назвал их в лицо контрреволюционерами, предателями, врагами народа, пригрозил им арестом и тем, что победоносная революция сметёт их со своего пути, как она вообще сметает с своего пути всех своих врагов. Выступление Карамурзы Кесаева вызвало в Осетинском Национальном Совете, состоявшем в своём подавляющем числе из контрреволюционеров явных и тайных, смятение и переполох, нагнало на них страх, и тогда Осетинский Национальный Совет в спешном порядке был перенесён в Ардон, подальше от непосредственного соседства с Терской Народной Властью. Перехваченную секретную бумагу за подписью Б. Хадзарагова Карамурза Кесаев доставил т. С. Орджоникидзе, и это дало ему возможность распознать и разоблачить контрреволюционное лицо того состава Осетинского Национального Совета и его тогдашних руководителей Б. Хадзарагова, Габо Гагкаева и др. Я был в числе публики на том памятном заседании Осетинского Национального Совета, был свидетелем мужественного выступления Карамурзы Кесаева, обвешанного оружием, разгневанного и того ошеломляющего впечатления, которое он своим выступлением произвёл на членов Осетинского Национального Совета, а также и на присутствующую публику; указанные руководители, боясь за свою шкуру, не посмели выступить и сказать что-нибудь в своё оправдание. О том, что в руки его попала секретная бумага за подписью Б. Хадзарагова, Карамурза Кесаев по тактическим соображениям умолчал.
Если к контрреволюционерам всяких мастей Карамурза Кесаев был беспощаден, презирал их и боролся против них, то в отношении своих товарищей по оружию и по борьбе за советскую власть он всегда был внимателен и оказывал им всяческие знаки любви и уважения. И те тоже платили ему взаимностью и любовно называли его «наш Кирюша». И, наоборот, кулаки контрреволюционеры, белое офицерство и осетинские буржуазные националисты люто ненавидели его, считали его непримиримым кровным врагом своим.
В личной жизни Карамурза Кесаев отличался простотой, общедоступностью, бесхитростностью, прямотой, речь его всегда сверкала остроумием и пересыпана была остро солёными народными выражениями, и они в его устах звучали уместно и шли ему, как никому другому; зная эту его особенность, близкие товарищи подзадоривали его сознательно, вызывали его на это, чтобы вместе посмеяться и отвести душу в приятельской непринуждённой беседе и обстановке. Карамурза Кесаев, кроме всего этого, был большой женолюб. Одним словом, он был живым человеком, со всеми достоинствами и слабостями, присущими человеку.
Лично я всегда относился к Карамурзе Кесаеву с большим уважением, считал и сейчас считаю его народным героем; он напоминает в какой-то степени Чапаева, героя революции, известного всему советскому многонациональному народу и любимого им; Карамурза Кесаев был одним из сподвижников Серго Орджоникидзе и пользовался его любовью и доверием. По этим причинам по своей инициативе я оформил письменно воспоминания Карамурзы Кесаева и опубликовал их в V ом выпуске «Известий Северо-Осетинского Научно-Исследовательского Института» в 1933 году. Тогда против них никто не выступил, и никто не опроверг историческую достоверность их. В исторической печати эти воспоминания тогда не получили тогда же общую положительную оценку.
Вот то немногое, что я могу сказать по личным воспоминаниям о нашем народном герое Карамурзе Кесаеве, справедливо воспетом в народных дигорских песнях наряду с другими народными героями нашим – Данелом Тогоевым, Горга Арсаговым, Хамби Халлаевым и др. Народная же песня свидетельствует о признании народом заслуг указанных лиц. Выше этой награды ничего не может быть.
Я не останавливаюсь и не говорю о том, что я с Карамурзой Кесаевым дружески встречался часто и беседовал с ним на всякие темы, а в частности и на семейно-бытовые, в связи с женитьбой старшего его сына Андрея. Своих детей он любил нежно (двух сыновей Андрея и Алексея и дочь Надежду). Младший сын, генерал-майор Алексей своей внешностью сильно походит на своего прославленного революцией отца.
Дзагуров Гр. А., он же (Губади Дзагурти, профессор пенсионер, член партии с 1927 г.)
10-11 января 1966 года, г. Орджоникидзе, СО АССР, центр, ул.Ленина, 32, кв.6, телеф. 25-28.
Архив СОИГСИ. Фонд Г.Дзагурова, дело 122.
