Формирование раннесредневековой алано-осской народности.
Этническое развитие связано с изменениями социально-экономической структуры общества. В истории Алании послегуннской эпохи можно выделить два больших периода: переходный период классообразования и период раннефеодальных отношений. Коснемся их в связи с этнической историей осетинского народа. Период классообразования (V-IX вв.) - это время вероятного существования в Алании двух крупных племенных объединений или союзов — западного и восточного, нередко проводивших самостоятельную политику (что можно видеть на примере ирано-византийских войн VI в.). «Союз предполагает наличие независимых племен, занимающих отдельные территории», - отмечал К. Маркс, тут же добавляя; «союз племен является ближайшим подобнем народа». Этнической основой обоих объединений были аланы, относившиеся к разным группам древних иранцев: в западных аланах, именуемых в новом списке «Армянской географии» ас-тигор, следует видеть предков современной дигорской группы осетин; в восточных аланах, в таком случае, - предков современной иронской группы. Сказанное подтверждается как лингвистическим анализом аланской топонимики (Западная Алания дает топонимику, близкую к дигорскому диалекту), так и современным расселением дигорцев и иронцев дигорцы по-прежнему занимают западную часть Северной Осетии. «Племя и диалект по существу совпадают», - указывает К. Маркс, и можно считать, что так и было в рассматриваемое время на территории Алании: существовали два аланских племени и два диалекта аланского языка. Современное самоназвание восточных осетин «ирон» восходит, по мнению большинства исследователей, к древнеиранскому airyana (ср.: авест. aryana - «арийский, иранец»). Древнее aryana закономерно развилось в другой диалектной среде в алан (аллон), под которым предки осетин были известны уже с первых веков нашей эры в Европе, Армении, некоторых странах Востока. Этноним «аллон» («биллон») часто встречается в фольклоре для обозначения осетинских героев в устах иноязычных персонажей. Мы располагаем сведениями о том, что общим самоназванием средневековых алан было «ас». Путешественник ХІІІ в. Плано Карпини, который проезжал через районы с аланоязычным населением и встречался с аланами неоднократно, называет их «аланы или ассы».
Несколько позже с аланами встречался Гильом де Рубрук; он также пишет об аланах, «которые именуются там Аас»: Отождествляет алан и асов и венецианский купец XV в. Иосафат Барбаро, проживший 16 лет с аланами-асами в районе Дона: «Название Алания произошло от племен, именуемых аланами, которые на их собственном языке называются «Ас». Существенно, что в русских летописях алан называют ас или яс, В венгерских - яс и т. д. От самоназвания «ас» происходит грузинское ос-овс, Давшее название стране Овсети//Осети «страна осов//овсов». Русское «осетин» связано с грузинским «Овсети» и означает «житель страны осов, Осетии».
Сейчас осетины говорят на двух диалектах: иронском восточном и дигорском - западном (говоры Южной Осетии являются вариантами иронского диалекта). Дигорский диалект сохранил некоторые черты, сближающие его со скифосарматскими наречиями, а его формы (фонетические и грамматические) можно рассматривать как промежуточные между скифо-сарматскими и современными иронскими. Поэтому дигорский диалект является неоценимой сокровищницей для изучения истории осетинского языка. Сохранившиеся скифо-сарматские и аланские языковые данные позволяют воссоздать более или менее полно историю осетинского языка. Аланский язык - предшественник осетинского- хорошо сохранил основной лексический фонд древнеиранского языка. Например, все основные числительные, местоимения, термины родства и т. п. (ср.: мад «мать», фыд//фидӕ «отец», рвад «брат», «член рода», хо//хуӕрӕ «сестра», тиу «деверь». хур «солнце», мӕй «месяц», магъз «мозг», зӕрдӕ «сердце», сырх «красный», ӕз «я», ды «ты», мах «мы», бӕттын «вязать», тайын «таять»). Эти и многие другие слова лексического фонда осетинского языка представляют древнейшее наследие. Важным документом аланского языка, наряду с уже упомянутой надписью на плите из ущелья Большого Зеленчука, является свидетельство византийского филолога и поэта ХІІ в. Иоанна Цеца, который в своей «Теогонии» приводит одни и те же предложения на латинском, русском, еврейском, арабском, турецком и аланском языках. Аланский текст гласит: «Дӕ бон хуарз, ме 'фсинӕ-'хсинӕ, ку'рдигӕй цӕуис киндзӕмæ 'хсинӕ» - «Добрый день, господин мой, повелительница, откуда ты ... идешь моя госпожа...». Данный текст, несмотря на его краткость, позволяет выявить некоторые черты аланского языка XII в. Вместе с тем не вызывает сомнений, что на территории обоих племенных объединений алан продолжали жить и не аланские, аборигенные кавказские племена. Некоторые из них упомянуты в новом списке «Армянской географии» VII в. Эти племена, отличавшиеся от алан не только по языку, но и по антропологическому типу и характеру материальной культуры, в современной науке принято считать этническим субстратом, т. е. той средой, которая в ходе длительных и активных связей и взаимодействий с аланами вошла в состав формирующегося осетинского народа в качестве важного компонента его этногенеза. Роль кавказского этнического слоя в оформлении осетин как этноса велика, наиболее ярко она отразилась в антропологическом типе современных осетин. Эти кавказские племена, проживая на одной территории с аланами, вступали с ними в тесные контакты, что вело к интеграции этносов и культур, а в сфере языковых отношений - к билингвизму, т. е. двуязычию. Степень владения каждым языком у каждой конкретной этнической группы могла быть различной и зависела от разнообразных факторов, но общей закономерностью было то, что аланский язык-победитель (вероятно, служивший средством межплеменного общения) усваивал элементы лексики и некоторые фонетические особенности кавказских языков. Союз аланских племен V-ІХ вв. был большим шагом вперед на пути их этнической консолидации. «... при родовых учреждениях народ возникает только тогда, когда племена, объединенные одним управлением, сливаются в единое целое...», «слияние же, представляя собою более высокий процесс, объединяет племена на одной общей территории, хотя бы тенденция к локальному разделению по родам и племенам продолжала существовать».
Выше был охарактеризован институт царской власти Аланин Х-ХІІ вв., который являлся органом управления обществом. Рост производства и расширение экономических связей, появление городов и территориальных общин, функционирование сети путей сообщения, политическая стабилизация и централизация, наличие единой государственной идеологии - христианства, возможный билингвизм в сфере языка, наконец, экзогамные браки и т. п. - все это стимулировало этническую интеграцию и ассимиляцию внутри Алании и создавало благоприятные условия для формирования алано-осской раннесредневековой народности. Основу этого процесса, в свете данных современной науки, представлял синтез ираноязычных алан и местных кавказских племен (субстрата). Именно в результате этого синтеза постепенно складывается алано-осская народность Северного Кавказа, что подтверждается специальными исследованиями: в границах аланского раннефеодального государства «сложился в целом единый и настолько специфический комплекс культурно-бытовых признаков, что уровень этнической консолидации в Алании можно характеризовать как уровень, свойственный средневековой народности». Разумеется, нельзя преувеличивать глубину процесса формирования алано-осской народности в Х-ХІІ вв. Несмотря на его большое позитивное значение, он не был завершен, тенденция к локальному разделению по родам и племенам продолжала существовать. Об этом свидетельствует, в частности, разнообразие погребальных обрядов, характерное для Алании домонгольского времени; кроме того, в разных районах страны в силу местных условий течение этногенетических процессов могло иметь различные последствия. Однако надежных источников для детального изучения этнической истории Алании пока мало, поэтому в настоящее время суждения о ней во многом носят предварительный характер. Подводя краткие итоги, необходимо отметить, что Алания во второй половине I - начале II тыс. достигла достаточно высокого уровня социально-экономического развития, на смену первобытно-общинной формации пришел феодализм, была создана военно-политическая организация типа раннефеодальной государственности с царской властью во главе, которая заявила о себе на международной арене X-XII вв. В первой половине ХІІІ в. источниками фиксируется уже состояние феодальной раздробленности и междоусобиц, начало чего можно предполагать во второй половине ХІІ в. В X-XII вв. складывается раннесредневековая алано-осская народность, ставшая базой дальнейшего этнического развития осетинского народа и его культуры в последующий период.
См.: История Северо-Осетинской АССР с древнейших времен до наших дней. Том I. 1987 г.
