Таковы жертвы осетинской массовой молодёжной пролетарской революционной партии «Кермен», жертвы, принесённые партией «Кермен» на алтарь пролетарской революции в годы гражданской войны 1917 г.- 1920г. Одновременно с этим села, заражённые керменизмом были подвергнуты экономическому разорению, они были разорены, сожжены, ограблены буржуазией. Так отомстила буржуазии в дни гражданской войны партии «Кермен».
Здесь уместно отметить один исторический факт:
Бело бандиты всегда знали, что они при восстании получат отпор в селении Христианском (Дигоре) и в г. Владикавазе. В селении Христианском (Дигоре) от рев. Массовой партии «Кермен», которая вооружена винтовками, бомбами, пулемётами, пушками, а в г. Владикавказе от владикавказских рабочих. А потому они старались их разъединить друг от друга. И вот первое наступление белых на Владикавказ увенчалось успехом. Это было в июле месяце 1918 года, когда тов. Орджоникидзе в боях за ст. Прохладную получил первую награду. В первых числах, около 4 -11 июля. За этот промежуток времени Владикавказ был отрезан от революционного селения Христианского (Дигоры). Урумов Сафонка и некто Ваниев с разбойничьим бело бандитским отрядом засел в селении Алагир- (ныне город) не пропускали по алагирскому ущелью и в Грузию, и из Грузии, а также и во Владикавказ. Цаликов Уогалыхъ – двоюродный брат Ахмета Цаликова с отрядом куртатинских верхов ограждал дорогу из Владикавказа и в селение Христианское (Дигора) и обратно, занимая селения Ног-Кау и Кадгарон. Такую же роль играл Кибиров со своими белобандитами казаками, которые занимали станицы: Змейскую, Николаевскую и Ардонскую. Цаликов ….(непонятно имя) засел в Карджине. Хабаев и Гутиев из Беслана заняли нынешний маисовый комбинат, который на нашем языке нёс название Гулиевской сопки от имени начавшего строительство этого предприятия.
То есть революционные силы Северной Осетии еще летом 1918 года были разбиты и парализованы: г. Владикавказ был отрезан от селения Христианского (Дигора) и наоборот. Владикавказ и Христианское (Дигора) были отрезаны от 11 армии и Москвы. Местные разъединённые силы ослабели в несколько сот раз. В распоряжении Партии «Кермен» и владикавказские рабочие и большевиков были ограниченные, а получать их было неоткуда.
Оба революционных центра находились в некоем острове, вокруг которого бушевали буйные валы ярой контрреволюции. Вот в такой момент тов. Орджоникидзе писал в телеграмме Ленину:
«Владимир Ильич, сообщаю Вам об этом, будьте уверены, что мы все погибнем в неравном бою, но честь своей партии не опозорим бегством!».
Это было 2го февраля 1919 года, когда селение Христианское (Дигора) уже пало и за революционными силами Северной Осетии оставался только город Владикавказ. Через 7 дней пал и город Владикавказ и вся белогвардейская сволочь пошла в горную Дигорию, где они произвели массу бесчинств, насилия и грабежей.
В 1919 году в апреле месяце в Эльхотове был созван съезд осетинских верхов. На этом съезде по докладу верховного правителя Северной Осетии Хабаева из моздокского отдела, местные кулаки в купе с привилегированными осетинами и буржуазными писаками партию «Кермен» назвали: грабителями, убийцами, конокрадами и поручили Вадбольскому стереть с лица земли очаг этих конокрадов – селение Христианское (Дигора).
Встречаются и поныне в Северной Осетии люди, которые за неимением достаточных сведений о массовой революционной партии «Кермен» смешивают её с национально-буржуазной партией. Эти историки и съезды говорят языком монархистов в 1917-1919 годах и белоказаков. Казаки эти боролись с «грабителями-осетинами». Какая эта неправильная, при том ужасно-ложная, точка зрения.
Дальше несколько слов о программе партии «Кермен» и её практической работе.
Эта программа, напечатанная в газете «Терек» 26 октября 1917 года является единственным документом, свидетельствующим о существовании партии «Кермен» в дни Рабоче-крестьянской Революции в Северной Осетии и за период гражданской войны, а потом через 9 месяцев слившаяся с партией большевиков города Владикавказа. Если судить о Керменистах на основе этой программы, то они вовсе не большевисты по программе своей, а если рассматривать их по их работе, и тактике, и союзничестве с партией большевиков, то они коммунисты, которые по выражению товарища Сергея Мироновича Кирова написали программу действий неискушённой рукой. «Сравнивая практическую работу партии «Кермен» с её писанной программой, мы не находим ничего общего между практической работой партии «Кермен» (смотри выше) и её боевой программой, которой, как видно из хода истории, партия «Кермен» не руководствовалась, а шла шла за руководителями российской большевистской партии.6 за товарищами Кировым, Орджоникидзе, Буачидзе, Маркусом, Бутыриным и другими. Это смело можно утверждать с 1918 года, со дня областного съезда Советов Терской Республики и Грозненского съезда, где Керменисты работают рука об руку с коммунистами.
Из практической работы рев. Партии «Кермен» можно обратить особое внимание на то обстоятельство, что молодые Керменисты раньше всех отказались от мелко-буржуазных пережитков: от религиозных предрассудков, от национальных или расовых качеств, от родовых привилегий (слияние с народом) и от имущественных неравенств и слились с деревенской беднотой в борьбе с контрреволюцией и за закрепление Пролетарской Революции.
И этот отказ от мелкобуржуазных пережитков перебрасывает их осетинской обывательской среды в среду революционеров-большевистов. В самом деле что общего с осетином помещиком и Керменистом? Последний борется за экономическое и политическое равенство, за свободу личности, за освобождение труда из под власти капитала, за землю, фабрики и заводы, стоит против царя и его наймитов, против алдарствующих родов, против всякой религии и всякого насилия.
Теперь всплывает вопрос: как оценивать партию «Кермен» на основе её заявления, которым она вовсе не руководилась, или на основе её практической деятельности? Вообще, людей ценят не так, как они говорят сами о себе. Их вообще узнают и оценивают по их действиям, по их работе.
1917 г. на сцену революционной Осетии выступает сперва горстка молодых, отважных и смелых революционеров, которые сознают, что вопрос о свободе, равенстве назрел и что, не покладая рук, нужна работа на этом пути. Потому эта горсточка отважных тогдашней Северной Осетии и стала Глашатем внутри самой Северной Осетии и во всеуслышанье завила миру, что существуют конфликты между царём и народом, между простым осетинским народом и алдарствующими родами, конфликты между имущими-помещиками и деревенской беднотой, и что эти конфликты нужно разрешить путём революционным. Этот клич они бросили, потому что тогда «созрели материальные условия и их существование в лоне самого старого общества». (Ист. ВКП(б) стро. 126-127. Правда, своё заявление они- Керменисты сделали не научно, а просто, как простые недовольные люди, желавшие бороться с царизмом. Потому и это заявление, написанное неопытной рукой молодых дигорских крестьян считается правильным для того времени, для которого оно сделано, ибо оно свидетельствует о том, что условия жизни вызвали их на революционные действия для разрешения конфликтов между крестьянами, царём и его […] (слово неразборчиво) в 1917 году вполне назрел и их надо было разрешать насильственным путём.
Русскую Февральскую Революцию тогдашние буржуазные историки называли бескровной революцией, ибо при замене царя его братом при полном сохранении старого государственного строя достаточно было только отречения царя от престола и возведение его брата на трон. Тут вопрос домашний и не нужно было там народной крови . А революционная партия «Кермен» в 1917 году выступает с лозунгами: а) свободный труд; б) свободная земля; в) свободный человек. А вот за эти вещи нужна была кровь народная. Вот почему партия «Кермен» с первых дней своей жизни приступила к созданию народного ополчения.
Продолжение следует.
Публикуется с сохранением стиля, орфографии Михала Гарданова.
