АПАЖЕВА Е. Х.
К ВОПРОСУ ОБ ОСЕТИНО-КАБАРДИНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ
Осетино-кабардинские отношения на протяжении нескольких столетий были многообразными и разнообразными. Объективно и закономерно развивались между ними экономические, политические и культурные связи. Именно на эти связи обратили внимание многие видные русские и иностранные путешественники, историки, этнографы и географы. Так, известный немецкий путешественник и этнограф Ю. Клапрот писал: «Когда зимний фураж у них (осетин) истощается, они отправляют свои стада на равнины Малой Кабарды, которые в конце марта уже покрыты травой, тогда как горы еще лишены растительности. В течение лета черкесы вынуждены в свою очередь выводить свои стада из равнин, где все выжжено и где их мучают слепни и комары, и отправлять в горы к дигорцам. Это связывает обе народности и они живут в добром согласии». К этому следует добавить, что недалеко от дигорского селения Ханаз один из участников летнего пастбища называется местными жителями «скотным двором (загоном) кабардинцев («касгон стонуатта»)». Вероятнее всего этот топоним сохранился с той поры, когда кабардинцы своих овец отправляли в горы к дигорцам.
Существовали другие объективные условия, которые при всей сложности, порой противоречивости осетино-кабардинских отношений, все же объединяли Осетию и Кабарду. Необходимость борьбы против более сильных внешних врагов заставляли поддерживать союз двух народов. О братских отношениях и симпатиях осетин к кабардинцам свидетельствует хотя бы такой факт. 29 октября 1759 г. в Петербурге во время переговоров осетинского посольства с полномочными представителями русского правительства, был затронут вопрос о взаимоотношениях осетин с соседними странами и народами. Главным своим врагом осетины считали Крымское ханство. Оно же было главным врагом кабардинцев. Разбойничьи набеги крымского хана приносили немалый урон и разорение Кабарде и Осетии. В Петербурге интересовались взаимоотношениями Кабарды и Осетин. Члены осетинского посольства заверяли русских в том, что «осетины издавна имеют дружбу и соседство с кабардинцами», что «во время неприятельских на Кабарду походов» они оказывают друг другу помощь.
Научные изыскания моих предшественников установили причины и характер тесных взаимосвязей Кабарды и Осетии.
Помимо наличия общих врагов, одним из сильнейших фактором сближения было взаимовлияние культур двух соседних народов.
См.: Первая международная научная конференция «Осетиноведение: История и современность». 1991 г.
БАЛКАРОВ Б. Х.
АДЫГСКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ В ОСЕТИНСКОМ ЯЗЫКЕ
В словарном составе осетинского языка наличествует слой, восходящий к адыгскому источнику. В него входят термины и слова, выражающие самые различные понятия. Весь адыгский лексический материал в осетинском распадается на две неравные части: большая часть отмечается в одном дигорском диалекте, а меньшая — в обоих диалектах одновременно. В диахроническом срезе в этом фонде выделяются слова, относящиеся к субстрату, и слова позднего заимствования. Связи между осетинским и адыгским языками в области фонетики глубокие и сложные. Они проявляются не только в совпадении отдельных звуков, но и в единстве принципов, лежащих в основе фонетической и фонологической систем этих языков. В фонетическом строе общим для них является деление звукового состава на гласные, полугласные и согласные. В системе вокализма общим является наличие особых гласных, именуемых в осетинском (ӕ, ы). О качественном единообразии этих гласных свидетельствует облик адыгских слов, проникших в осетинский язык. Значительно больше сходства в системе согласных. Осетинские взрывные образуют четырехчленные фонетические ряды, как и в адыгских языках. Взрывные сближаются также в акустической природе. Особую близость обнаруживают звонкий и придыхательные члены данных рядов. Осетинские звонкие взрывные являются неполнозвонкими, как и адыгские. В придыхательных согласных близость проявляется в одинаковой степени аспирации. Об однородности природы этих согласных говорит тот факт, что осетинский язык не производит субституцию придыхательных в адыгских заимствованиях. Близость между осетинской и адыгской фонетическими системами прослеживается и в нормах субституции. Она обнаруживается и в динамической стороне этих систем. Нити связи между этими языками тянутся и через грамматический строй, захватывая как морфологию, так и синтаксис. Осетинское склонение значительно отошло от индоевропейского прототипа под влиянием кавказского субстрата. В его парадигме отсутствует винительный падеж. Этот тип склонения характерен и для адыгских языков. Сходство здесь не только в типологии, но и в материальном воплощении отдельных падежей, в их значении и функции. Так, в системе осетинского склонения имеется уподобительный падеж на — ау. Форма его близка к преврати- тельному падежу в адыгском. На синтаксическом уровне осетино-адыгские схождения проявляются в атрибутивных словосочетаниях, в оформлении прямой речи, порядке слов, способах синтаксической связи. Таким образом, связи между осетинским и адыгскими языками обнаруживаются во всех сферах: в проницаемых, малопроницаемых и вовсе непроницаемых, т. е. как в верхних слоях, так и в глубоких недрах языка они носят более сложный характер, чем те, которые устанавливаются обычно в результате длительного территориального соседства двух различных народов. По своему характеру связи между этими языками примыкают к субстратным явлениям. Это дает основание предполагать, что кавказским субстратом в осетинском послужил какой-то язык из адыгской группы.
См.: Первая международная научная конференция «Осетиноведение: История и современность». 1991 г.
