Дигорон
К ВОПРОСУ О ПЕРЕНЕСЕНИИ ВЛАДИКАВКАЗСКОГО ОЛЬГИНСКОГО ОСЕТИНСКОГО ЖЕНСКОГО ПРИЮТА
Отрывок из статьи
Вот уже полгода, как циркулируют упорные слухи о перенесении Ольгинского осетинского женского приюта из г. Владикавказа в местечко Цхинвал Горийского уезда. Слухи эти не могут не возмущать осетин, сознающих важность этого единственного учебного заведения, где осетинки имеют возможность получать образование: тем более что, хотя приют этот с 1863 года и существовал для всей Северной Осетии, в нем до недавнего времени воспитывались лишь дочери осетинских священников и учителей и отдельных сведущих осетин, простые же осетины, для которых важное значение женского образования оставалось долго неясным, не знали даже о существовании этого приюта, и только 4-5 лет тому назад многие из них стали определять своих дочерей в этот приют.
За последние годы на каждый прием в приют из осетинских селений не только плоскостных, но и горских наезжает больше ста девиц. Между ними бывают и дочери бедных осетин-домохозяев, поддерживающих существование своих семейств только одной лошадкой. Мы знаем одного беднейшего прихожанина, который, имея одну лошадь, вот уже два года воспитывает свою дочь в приюте. Изыскать средства на воспитание своей дочери он не мог в селении, а потому он со всем семейством переселился в город, где, занимаясь извозом на одной лошадке, полуголодно кормит семейство и воспитывает дочь свою в надежде, что дочь его будет принята в приют на казенный счет. С такою же надеждою в приют определяются и многие другие осетинки.
Из сказанного явствует, что Ольгинский приют стал приносить осетинам особенно большую пользу лишь в последнее время. И если до сих пор, когда еще осетин в серой черкеске не понимал значения женского образования, считалось необходимым существование приюта в Северной Осетии, то тем более обязательно оно в дальнейшем. Необходимость дальнейшего существования этого приюта признано еще в 1897 году и съездом депутатов от духовенства Владикавказской епархии. Съезд этот в одном из своих заседаний слушал отношение совета Владикавказского епархиального женского училища от 31-го августа 1897 года за № 163, коим совет, на основании указа Святейшего Синода от 27 сентября 1895 года за № 4800, предложил на обсуждение съезда вопрос: останется ли потребность в дальнейшем существовании Владикавказского осетинского приюта после перемещения стипендиаток Общества восстановления православного христианства на Кавказе из приюта во Владикавказское епархиальное женское училище. В ответном постановлении на это съезд, между прочим, высказался так: «Дальнейшее существование Владикавказского осетинского приюта съезд признает крайне желательным и даже необходимым на тех же основаниях, на каких он существовал и до сего времени, потому что означенный приют имеет специальное назначение для детей туземцев и, как таковой, является незаменимым учебным заведением, приносящим большую пользу, ввиду того, что стремление к образованию все больше и больше развивается среди туземного населения»... (Владикав. епарх. ведомости за № 1897 год, № 19, с. 136-137). В том же постановлении съезд нашел невозможным и прием стипендиаток Общества восстановления православного христианства на Кавказе в Епархиальное женское училище, главным образом, потому, что при постройке здания для Епархиального женского училища имелось в виду только такое количество учениц, какое может дать состав духовенства Владикавказской епархии с самым ограниченным числом учениц из других сословий, так что если принять в училище стипендиаток названного Общества, то для детей епархиального духовенства может не оказаться вакансий.
Таким образом, в случае перенесения приюта из Владикавказа в Цхинвал северные осетины не могут рассчитывать и на определение своих дочерей во Владикавказское епархиальное женское училище, не говоря уже о том, что в этом училище за содержание иносословной ученицы взимается 234 руб., тогда как в осетинском приюте от 100 до 120 руб. К тому же бедный осетин не согласится определить свою дочь в Епархиальное училище, не рассчитывая на казенное иждивение в нем. Что же касается имеющихся во Владикавказе женской гимназии и прогимназии, то и в них почти все осетины, за исключением постоянно живущих в городе, не в состоянии воспитывать своих дочерей; даже одна плата за право учения в этих учебных заведениях весьма обременительна для осетина. Нам могут сказать: довольно с Северной Осетии, она пользовалась приютом четыре десятка лет, а теперь пусть им пользуются их же братья - южные осетины. Отвечаем: северные осетины, всегда благодарные Обществу восстановления православного христианства на Кавказе, благодарны и за приют, которому они обязаны почти всеми имеющимися и имевшимися в Осетии образованными женщинами. Северные осетины нравственно обязаны благодарить названное Общество и за то, что оно свои попечительные широты распространяет и на Южную Осетию. Но кто сколько-нибудь знаком с жизнью южных осетин и с постановкой их школ, тот скажет, что перенесение приюта в Южную Осетию не необходимо. Дело в том, что в настоящее время в Южной Осетии (я прожил там два года) весьма плохо прививаются мужские школы: в большинстве из таких школ, за исключением Джавской двухклассной школы, учащиеся редко превышают и 20, а женских школ и вовсе нет в Южной Осетии. Правда, в 1891 году в Кошкинском приходе была открыта женская школа, но ввиду того, что школу эту почти вовсе не посещали девицы, открытие ее было признано преждевременным, почему она два года тому назад и была закрыта. Да и мужских школ в Южной Осетии насчитается всего пять. Все это говорит за то, что нет надобности в переведении приюта в Цхинвал для южных осетин и положительно нужно сказать, что в Цхинвале приют номинально будет считаться осетинским, а воспитываться в нем будут дети грузин. Гораздо полезнее было бы для южных осетин, если бы Общество восстановления прав христианства на Кавказе открыло женские школы, по крайней мере, в тех южно-осетинских приходах, в коих они могут привиться. Из этих немногих школ Общество брало бы стипендиаток и воспитывало бы их в приюте во Владикавказе или в Тифлисском епархиальном женском училище, где Общество и теперь имеет своих стипендиатов. Такой способ воспитания южно-осетинок вполне удовлетворял бы потребностям их. Между тем этого нельзя сказать об осетинках в Северной Осетии, так как здесь количество девиц, кончающих курс в сельских школах и желающих поступать в приют ежегодно так велико, что приют в последние годы не принимает и пятой части их. Да оно и не удивительно при наличности 12 женских школ в Северной Осетии. <...> приют нужен Северной Осетии, а не Южной, и перенесение его из Владикавказа в Цхинвал равносильно закрытию его для всей Осетии, так как тогда, как сказано выше, в приюте будут учиться не осетинки, а грузинки. Будем надеяться, что Общество восстановления православного христианства на Кавказе, вот уже несколько десятков лет занимающееся воспитанием осетин, оставит для них и приют на месте настоящего его существования, тем более что и по количеству жителей Северная Осетия далеко превосходит Южную.
См.: Газ. «Казбек» 1899 г. № 488.
