1905 г. 29 июля
Прошение доверенных отселка Дур-Дур наместнику его величества на Кавказе о тяжелом их положении и производстве расследования по делу о земле, занятой помещиками Тугановыми
В 40 годах прошлого столетия, когда горцам, загнанным условиями военного времени в самые дебри гор, представилась возможность выселиться на более плодородную и к тому же свободную плоскость Владикавказского округа, мы, жители бывшего селения Дур-Дур, в числе первых поспешили основаться на новых местах. Так как на своей родине в ущельях Дигории мы занимались только скотоводством и земледелием, то по переселению на плоскость, где условия для ведения хозяйства более благоприятные, мы стали заниматься ими в больших размерах и с большей любовью.
Единственно, чем руководились дигорцы в своей жизни, это вековые традиции, унаследованные ими от предков и общие 11 по настоящее время всему осетинскому народу. Традиции эти удержались и у нас; они основываются исключительно на уважении к старшим, к главам семей, фамилий и рода. За всю свою многовековую историю Осетия не знала ни оков рабства, ни зависимости от других племен.
Так продолжалось вплоть до того времени, когда наместником Кавказа стал князь Воронцов. С первого же дня управления им пошли реформы, ввергшие новый цветущий край в бездну непоправимых бедствий. Позорное рабство, административный произвол, вошедший в поговорку, полнейшее обнищание всех племен - вот немногие результаты деятельности Воронцова на Кавказе.
Если лучшие умы России и даже само правительство в лице лучших своих представителей усиленно готовились к величественнейшей из реформ, - к уничтожению крепостного права, то здесь, на Кавказе, как это явствует из официальных бумаг покойного наместника, все его помыслы были заняты только закрепощением еще свободных сынов гор и равнин мы, дигорцы, одни из первых - кавказских племен. испытали на себе всю тяжесть реформаторской деятельности бывшего наместника; мы почти первые из веками свободных горцев Кавказа, волею одного человека, незнакомого с прошлыми судьбами народов страны, попали под тягостное, ненавистное иго чуждых нам сословных предрассудков, и, что особенно важно, потеряли и землю и имущество.
Словом, нас превратили в данников фамилии Тугановых, которым мы же сами еще ранее уделили из своей земли некоторый участок. Но уже в 1852 году тот же наместник, желая разрешить возникшие тяжелые аграрные недоразумения, разделил всю землю, где мы живем, в количестве 13564 десятин пахотной, сенокосной и выгона, между фамилиями так называемых старшин и простым народом. Лес, которого оказалось около 43 тысяч десятин, оставался в общем пользовании. Так как в последующие за тем времена недоразумения увеличивались и порой принимали тревожный характер, присылались несколько раз по приказу его императорского высочества великого князя Михаила Николаевича военные топографы для обмежевания спорных земель. Имелось в виду, как видно из архивных документов, наделить нуждающихся дигорцев землею, перехваченной фамилиями старшин у бедного народа. Результаты размежеваний оказались, однако, плачевными. Мы убеждены в том, что здесь, на месте, приказы высших властей или извращались или понимались в благоприятном для Тугановых смысле. Между тем, у нас, кроме документов, существует убеждение в том, что земли спорные нам и принадлежали, только нам. Если бы в действительности земли спорные были тугановские, то как, например, объяснить себе тот факт, что на «их земле» с 1830 по 1852 г. существовала церковь наша, что и удостоверяет владикавказская духовная консистория на основании официальных бумаг Ново-Христианской церкви. Тугановы - магометане, пришлое население, мы - православные христиане, и очевидно вполне, что Тугановы, если бы они поселились на спорной земле, ранее нас постарались бы выстроить у себя мечеть, а нашей церкви тогда не было бы места на чужой территории. Что земля принадлежала именно нам, и что мы совершенно произвольно и противозаконно выселены из своих насиженных мест, удостоверяет громадное соседнее селение Ново-Христиановское, которое в своем общественном приговоре (от 1901 г. мая 23 дня) постановило выдать жителям поселка Дур-Дур «приговор в том, что, как хорошо известно всем, подписавшим настоящий приговор, притязания Тугановых на эту землю совершенно лишены всякого основания, что они (Тугановы) этой землей не владели, а земля та всегда находилась во владении жителей поселка Дур-Дур, поселившихся на ней задолго до пожалования Тугановым в соседстве с землей дурдурцев». По нашему делу у нас еще есть один документ - объявление жителям осетинского округа (от 30 октября 1865 г.) его императорского высочества главнокомандующего Кавказской армией. В нем великий князь объявил о наделе всех жителей Осетинского округа землей со внесением известного сбора на содержание управления, и о том еще, что со времени внесения осетинами объявленного сбора они приобретают все права, коими пользуются все остальные подданные русского государя.
Но все эти доказательства, кажется, с несомненною очевидностью доказывающие факт принадлежности нам спорных земель, не помогли нам ни в чем, напротив, в 1901 году после того, как Тугановыми были пущены в ход все средства, когда и вся местная областная администрация обрушилась на нас, мы военной силой были выселены из своих насиженных мест, наши дома и имущества подверглись опустошению, а сами мы рассеяны по различным местам. Ныне мы твердо и решительно заявили, что все дело выселения нашего из нашего родного аула явно противозаконно и несправедливо от начала до конца, что так жить, как мы в настоящее время живем на купленной земле, в сырой, болотистой местности, без выгона, без лугов, без пахотной и сенокосной земли - мы не можем. Еще более решительно заявляем, что полнейшее бесправие, гнетущая нас невозможность дать хоть некоторое образование молодому поколению, невозможность удовлетворить назревающим духовным потребностям - все это для нас невыносимо. Все население России сейчас на одинаковом положении, все более или менее равноправны. Почему для нас одних, на 140 миллионов, удержано крепостное право, почему мы одни лишились незаконно своей собственной земли, почему мы на позор и детям и соседям должны скитаться по чужим землям, когда мы, будучи всегда свободными людьми, имели свою собственную землю, перешедшую в собственность к чужим? Одно из двух - или мы все, загнанные в грязь и болото из своих жилищ, обездоленные, бесправные, постепенно будем вымирать, или, если есть еще надежда на торжество правды и справедливости, наши дети с новыми силами заживут на старых местах и окажутся достойными гражданами и сынами великой страны. Вот, только веря в эту правду, в эту справедливость мы, жители отселка Дур-Дур, просим ваше сиятельство дать нашему делу законный ход. Мы просим назначить для расследования нашего дела особое лицо, которому население верит, как это было в Гурии. Только такое беспристрастное расследование успокоит все сильнее и сильнее возбуждающееся население.
Доверенные: Дафа Тадеев, Гулла Кцоев, Хаджи Дзанкисов, а за них, неграмотных, по их доверенности расписался Хазби Цалиев.
ЦГА СО АССР, ф. 52. 1905, д. 19. лл. 25-27.
